Жизнь так непредсказуема, что порой трудно предугадать, какие сюрпризы нам готовит судьба. Герой этого интервью — разнорабочий Вячеслав Бойко, представитель русского рока и давний друг таких известных исполнителей, как Бутусов, Кипелов и Кинчев. Вячеслав поет о любви, судьбе и жизни. О жизни такой непростой.  3Z7d7ZAhI3A— ­ ­­­­­­­­­­­­­­­­Почему именно отечественный рок?С 12 лет я начал играть на гитаре. Играл по 12 часов в день, профессионально занимался. Затем стал писать свои песни. Потом подвалы наши питерские — я это всё прошел. В моей группе было 3 человека: бас, соло (это я) и барабанные установки. Играли «heavy art rock». Это направление, которое до сих пор ещё никто не играет. Это тяжелый рок с примесью классической музыки. Мы затронули тему обывателя. А в 86-ом написали рок-сюиту «В бездне Чернобыля».— Произведение на столь злободневную тему должно было вызвать общественный резонанс. Как отреагировали слушатели?— Нас не пропустили на большую сцену только потому, что у нас был третий куплет. «Снова взрыв, снова взрыв над землей, снова ночь полыхает зарей, как мечом, убивает нас незримым лучом. Нам опять, нам опять будут лгать, и опять будет им наплевать...» - музыка обрывается... «Эй, вы, монстры Кремля, неужели ж вы здесь ни при чем?» После этого я ушел в армию. После армии рок начал продаваться.. Мне стало противно.— Почему же вы снова вернулись к музыке?— Потому что, в принципе, жизнь тяжелая была у меня. Я двух дочерей похоронил. Чтобы не сойти с ума. Меня спасает работа — то, что я работаю здесь, строю метро — и меня спасает музыка.— У кого вы учились музыке? — Нот я не знаю совсем. Я всегда на слух. Обучал меня Иосиф. Он играл в 85-ом ещё году. Единственный джазовый коллектив «Россия», который выезжал заграницу. И он из заграницы привез мне первую мою гитару. Тогда было нереально что-то импортное купить. И он меня обучал. Это человек-шедевр! Он никогда меня не хвалил! 25-го июня был День Молодежи. Было более 5-ти тысяч народу. И вот я играл за головой на гитаре. И он единственный раз сказал мне: «да». — Александр Блок говорил, что «чем хуже живется, тем лучше пишется». О вас можно так же сказать? — Естественно. У меня тяжелые тексты. И супруга против чтобы я записался, хотя я могу это сделать бесплатно. Так, например, как написать реквием по дочери. Я написал реквием за 40 минут, когда пил кофе утром. Супруга спала. Она разорвала этот текст, сказала: «Ты никогда не будешь петь то, что написал». — Как проходит процесс написания песни? — Спонтанно. Написал музыку под названием «Прожитый день». Я не мог словами это объяснить. Я просто описал то, как  прожил этот день. Я живу на Гражданке. Там Муринский ручей. Там тишина, никого нет, никто не беспокоит. И вот сел, постелил, куртку, на этот ручей смотрю, и у меня в голове рождается музыка. Её я написал. И до сих пор играю. — Наши читатели, к сожалению, не знают, что вы были знакомы с Бутусовым, Кипеловым, Кинчевым и пользовались определенным авторитетом в соответствующих кругах. Как эти знакомства повлияли на вашу дальнейшую судьбу?— Тогда они еще не достигли такой популярности. Мы всего добивались сами. Это были 90-е, мы начинали одинаково неизвестными и даже не знали, кто такой продюсер.— Как вы считаете, какое положение отечественного рока на сегодняшний день? Сейчас есть какие-то исполнители, которых вы могли бы назвать достойными последователями?— Дело в том, что я стараюсь не слушать вообще музыку, потому что я пишу ее сам. Я боюсь, что это будет плагиат. У меня есть какие-то критерии. Вот, «ЧиЖ». Я люблю этого исполнителя, потому что он шикарно поет, хорошо играет. — Очень глубокие тексты, профессиональная аранжировка, но при этом мало кто знает о ваших творческих успехах. Как долго вы уже остаетесь в тени и не решаетесь записать ваши песни?— 25 лет прошло. Жена говорит: «Ну зачем тебе эта запись? Ну вот зачем ты хочешь все свои песни озвучить?» Да просто хочется подвести итог, черту. И, кстати, альбом, если действительно его запишу, так и будет называться: «На осколках бытия». — Какой отклик на свой будущий проект вы ждете? — Я не думаю, что будет большой отклик от того, что написано. Это было хорошо в свое время.