Все девочки любят балет, а все мальчики любят триллеры. Третьего мая в музее современного искусства «Эрарта» прошел спектакль, способный примирить враждующие стороны – танцевальный триллер Владимира Варнавы и Максима Диденко «Пассажир»._MG_6891«Пассажир» - спектакль-противостояние. В основе сценария – повесть Амели Нотомб «Косметика врага», где главный герой, маньяк-убийца, пытается спастись от раскола собственной личности. Если не знать этого, можно принять его за обычного человека, метущегося и не способного принять другую сторону себя. То есть, за каждого из нас, потому что у всех есть такая черта, которой мы в себе ужасаемся и пытаемся искоренить.Хореография в «Пассажире» действительно потрясает. Сам балетмейстер Владимир Варнава исполняет роль Текстора Текселя – альтер-эго главного героя. На протяжении всего действия - а спектакль длится час без антракта - танцовщик на сцене. Партия сложна и технически, и эмоционально. Безумство и злой гений персонажа то заставляет хореографа  вставать на руки, то обращает к классическому балету, то швыряет на землю. Следить за лицом исполнителя не менее интересно, чем за движениями – Варнава очень артистичен._MG_6870Сложно писать о постановке, созданной, по словам авторов, методом свободных ассоциаций. Два героя, а на самом деле  - одно целое, борются в нескончаемом танцевальном поединке за право существовать. Третий герой, единственный женский образ «Пассажира», - возлюбленная и жертва в исполнении Марины Зиньковой. Девушка как кукла, своеобразный символ, за который между двумя началами тоже идет борьба.И каждое мнимое примирение – это лишь начало новой схватки. «Вы не заставите меня замолчать!» - единственная реплика в спектакле, ее прокричит Текстор Текстель. Как бы ты не пытался сбежать от самого себя, ничего не выйдет. Главный герой «Пассажира», Ангюст, в исполнении Константина Матулевского, серьезен и решителен, он долго не прекращает попыток уничтожить этого вездесущего пугающего двойника, пока не понимает, что единственный выход – смерть._MG_685112Несмотря на столь мрачный финал, который обозначен очень неожиданно и выразительно, без всяких пуль в висок, но со своеобразной кровью, в постановке хватает юмора. Даже в программке спектакль заявлен как история, «уложенная в пять частей и две шутки». Шутки, однако, довольно жестокие по отношению к исполнителям. Хотя больше всего достается самому же Варнаве. В одном из эпизодов он молча сидит на скамейке и ест – вернее сказать, уплетает – хот-дог. С одной стороны, подтверждение великолепной актерской игры – в течение нескольких минут держать публику в напряжении, только прожевывая булку,  а с другой – представьте, каково после этого в сумасшедшем ритме танцевать добрую часть партии. Возможно, и финальная сцена балета, в которой умирающий герой раздавливает на теле свеклу – ироничный намек на «кровь из кетчупа»? В любом случае, выглядит эффектно._MG_6847Спектакль, как и многие современные постановки, минималистичен. Черный задник занавеса, пастельные костюмы героев, из реквизита – чемодан, потрепанная книжка, пара чашек, из декораций – одна-единственная скамейка. Все остальное делает свет. Ничто не должно отвлекать от танца.Важную часть в музыкальном оформлении спектакля составляют шумы. Взлетающие самолеты, кукушка, по которой Текстор пытается выяснить, сколько ему осталось, нервный стук чайных чашек – символ хрупкости мира, человеческого счастья, отношений вообще, - и одновременно звук, от которого легко сойти с ума – органично вплетаются в  призрачную звуковую ткань, на которой разворачивается действие._MG_6840Для меня «Пассажир» оказался эмоционально тяжелым. Но, как бы зритель не отнесся к драматургии, хореография и работа танцовщиков восхитит в любом случае. Мне кажется, после такой нагрузки остается только упасть замертво. Исполнители «Пассажира» вместе с режиссером не выходят – выбегают на поклон. Кажется, им подвластно земное притяжение. Еще шаг – и они смогут взлететь, как самолеты, шум которых не замолкает до самого конца спектакля._MG_6880Фото: Ольга Кудрина